Каждый художник, участвующий в проекте «Спальный район», ухищрялся, как мог, чтобы придумать необычную арт-кровать. Как сказала один из кураторов проекта Марина Звягинцева в интервью artmarin.info: «Есть идеи, которые летают в воздухе». Шутка ли не повторить ни одного из почти семидесяти художников? У кого на создание эскиза кровати ушли недели раздумий, а кто-то сотворил за одну безумную ночь. Скандально известной группе «Синие носы» (Александр Шабуров и Вячеслав Мизин) потребовалась именно эта ночь. Как художники придумывали арт-кровать, рассказывает Александр Шабуров.
– Саша, что для вас со Славой значит участие в проекте «Спальный район»?
– Я родился в городе Березовске, это такой спальный пригород под Свердловском. Каждое утро оттуда ездил на учебу или работу в Свердловск. С тех пор, все спальные районы вызывают чувство ностальгии. Даже когда приезжаешь в другую страну и видишь похожую спальную архитектуру волей-неволей ностальгируешь. Конгломерат этих чувств привел нас на проект «Спальный район».
Вообще, половину жизни я прожил в постели, как все нормальные люди. Еще в школьные времена, когда родители уходили раньше на работу, я заваливался в кровать спать, приходил позже на уроки... Потом я учился в художественном училище. Как у всех были хвосты, вечно не успевал к просмотром. Сначала старался, сидел по ночам доделывал что-то. А потом понял: приятнее махнуть рукой и лечь спать. Все равно не отчисляли. А уж когда служил в армии у нас в ходу была знаменитая поговорка: «Солдат спит – служба идет». В армии все всегда мечтали только о сне… Словом, я всегда много спал. Это сыграло в моей биографии не самую лучшую роль. С тех пор привычка поспать только усугубилась. Общественно полезным трудом занимаюсь мало. Меньше, чем хотелось бы. Поэтому как-то решили через этот проект исправиться.
– Какую работу подготовили для проекта?
– На кровати лежит солдат или милиционер. Можно по-разному его опознать. Это как раз иллюстрация к поговорке – «солдат спит служба идет». Вообще мы предложили кураторам два варианта– солдат и пожарник. Что выбрали – не знаю.
– Сколько ушло времени на разработку идеи?
– Вообще мало, ведь я работаю с напарником. Нам позвонили организаторы проекта, предложили участвовать. На идею ушла целая безумная ночь! Находясь на выставке в Китае, полночи не спали и придумали…
– Основная публика на проекте будут даже не те люди, которые приедут на открытие. А те, кто живет рядом с арт-площадкой, около метро «Волжская». Какую реакцию ждете от зрителя, неготового обнаружить искусство у себя на заборе?
– Я думаю, отнесутся по-разному. Могут быть талантливые произведения, и не очень. Я не знаю, что придумали другие художники. Так или иначе молодежи заниматься в спальном районе не чем. Какие там развлечения? Бить таджиков в переходе? Чем отрываться на гостях столицы, лучше – на кроватях.
– Изменится ли, по-твоему, отношение этой публики к современному искусству после окончания проекта? Ведь людям придется ходить мимо кроватной экспозиции целый месяц.
– Думаю, само состояние арт-объектов изменится. Их польет дождь, они заржавеют. И, возможно, не будут отличать от всего, что есть в этом спальном районе. Может, кровати пригодятся бомжам…
